Как-то, стоя в регистратуре поликлиники, стал свидетелем сцены, когда женщина лет 75 — 78, держа в руках удостоверение «Дети войны», пробиралась к окошку. Кругом возмущались люди. И вдруг слышу молодой голос: «Подумаешь, дети войны… Вы что — воевали? Над вами снаряды рвались? Пули свистели? Так что стойте, как все. Чем вы заслужили идти без очереди?»
Задумался над этими словами. Мне было пять лет, когда началась война. Конечно, я не слышал взрывов снарядов и пули нас не убивали, но немало моих сверстников так и не дожило до Дня Победы. Кто из-за голода, кто — из-за болезни. Есть хотелось всегда, а есть было нечего. Нечего было и надеть. Помню, как пошел в первый класс. Через плечо висела сумка из потертой холстины. Мне ее бабушка сшила. Шел босиком. Рубашки и штанишки тоже были штопаны-перештопаны. Вместо тетрадей писали на старых конторских книгах. Зимой часто не было дров топить печи, и мы сидели на уроках в верхней одежде.
В 1944 году наша семья — а это я, бабушка, мама и трехлетний братишка — переехала жить в Чесноковку, в последующем — Новоалтайск. Временно поселились у бабушкиного брата, а потом пошли скитания по съемным квартирам. У меня была обязанность отоваривать хлебные карточки. Приходилось часами простаивать в очереди в ожидании привоза.
Вспоминаю случай, который не забыть до конца моих дней. Мать ушла на работу. Она работала весовщиком в товарной конторе станции Алтайская. Бабушка отправилась раздобыть чего-нибудь съестного. Мы с братом с утра ничего не ели. Братишка плакал и кричал, что пожалуется маме и бабушке и мне от них попадет, если я ему не дам поесть. Я отвлекал его, как мог, и был очень рад, когда, наконец, пришла бабушка и принесла немного картошки. Она сварила суп с лебедой, а брат все плакал и говорил: «Ешьте сами эту лебеду!»
Так было не только у нас в семье, а поголовно у всех вокруг. Хорошо еще, что для школьников организовали бесплатные обеды: на большой перемене нам давали по чашке супа, который умудрялись варить там же, в школе. Для многих это являлось спасением. Несмотря ни на что, мы учились, и, как мне кажется, неплохо. Отцы находились на фронте, матери — сутками на работе. Учителя втолковывали, что за нами дома некому смотреть и мы должны сами хорошо готовиться к занятиям назло врагу.
Вечерами мы собирались у репродукторов и слушали сводки Информбюро. Все замирали, когда раздавался голос Левитана. А потом слушали концерт «Огонь по врагу» и представляли, как наши отцы лупят фашистов и какая наступит прекрасная жизнь, когда врага прогонят. Главное — не станет голода, будет достаточно хлеба, и за ним не потребуется занимать очередь с вечера.
Я очень болезненно отношусь, когда вижу, что люди выбрасывают хлеб в мусорные баки. И приучаю домашних бережно относиться к нему. Дети, пережившие войну, дали жизнь послевоенному поколению. Дай бог никому больше не видеть таких ужасов!
Василий АНИСИМОВ,
ветеран труда.
